"...Поэтому давайте посмотрим внимательно. Освобождение Донбасса не решает проблемы его безопасности. Я считаю, что мы должны дойти до Днепра. На мой взгляд. То есть, вот видите линия Киев, Черкассы, Днепр. Вот я считаю, что все то, что сейчас темненькое, должно быть красненьким. На мой взгляд. Другой вопрос как? И мне, кстати, наплевать, как там к нам относятся. Просто это должна быть зона абсолютной демилитаризации. Зона, где не действует украинская власть как таковая. То есть, откуда не будет даже иллюзии угрозы России. Следующий момент. Давайте посмотрим. Вот Запорожская губерния, Херсонская губерния. Это уже, очевидно, люди, которые выбрали Россию. Там уже, как я понимаю, российские флаги, там российский рубль. Но вот если вы посмотрите... Опять-таки, это я все лишь высказываю мое личное мнение, и вы не обязаны, должны быть с этим соглашаться или нет. Из моих скромных представлений, военно-политических, я бы не остановился тем, что забрал всё, что восточнее Днепра. Потому что, ну мы сами понимаем, вот сейчас британцы радостно говорят, что они поставили корабельные ракеты и тяжёлые вооружения Одессе. А как они поставили? Значит, у них не должно быть возможности поставлять, значит, должна быть блокада не только воздушная, но и по земле. Это значит, что надо дойти до Приднестровья, исходя из чего судьба Николаева в Одессу должна быть решена, так же, как судьба Харькова. Очень радуются сейчас, вот если посмотреть, очень радуются укры, точнее их хозяева. Укрыми я называю только украинских нацистов, а не великий украинский народ. Очень радуются хозяева, я прямо читаю Нью-Йорк Таймс, несмотря на то, что русских больше военнослужащих и огневой силы Россия не смогла взять Киев. Ну, во-первых, давайте говорить логично. А с чего вы решили, что мы его собирались брать? Напомню, что в 1944-м, по-моему, до Киева брали. Посмотрите, чтобы я не ошибся. В году, когда освобождали Киев, то, вообще-то, вежливо говоря, 400 тысяч человек были на этом сконцентрированы. Ну, так, чтобы было понятно. То есть вот... О, я как смогу показывать, видите? То есть вот это всё, там, черни... Вот это всё должно быть красненького цвета. на мой взгляд. В 43-м, да, освободили Киев, в 43-м. И вот до Приднестровья. То есть вот это все должно быть красненькое. Здесь не должно быть никаких укров. Хотят они уйти в сторону Львова, их дело, ну, те, которые нас ненавидят и которые не хотят с нами жить. Можем ли мы взять Киев? Могли бы мы взять Киев за три дня? Но только полностью его уничтожив. Потому что та тактика, которую выбрали Аристович со товарищами, то, что мы британцам диктовали, эта тактика очень простая. Она гласит, что надо использовать гражданских как щит. Ну, как в Мариуполе. Поэтому, если вы хотите, чтобы Киев выглядел как Мариуполь, ну окей. То есть, эту задачу можно решить. Я, в отличие от Дмитрия Сергеевича Пескова, я совсем не миротворец. Это у него... Он человек добрый, тонкий. Поэтому я считаю, что... Вот сейчас до этого дойдём, да. И, конечно, вот когда мы вот это всё зачистим, дальше... Почему мы сделали? Да мы здесь сковали группировку и очень сильно её разложили. Если посмотреть, сколько тысяч уничтожено у кранацистов вокруг Киева, то это отдельная тема. Дальше они пытаются перебросить свои войска, если какие-то есть, вот сюда, да? Чтобы как-то избежать. Они должны это перебрасывать по своей территории. которые, во-первых, полностью нами просматриваются, простреливаются и расстреливаются, и должны перебрасывать чересозны ими самими водные преграды за счет того, что они взрывают плотины, и плюс разрушенные мосты. Ясно, что скорость их переброски существенно ниже, чем нашей. Поэтому вот главная разборка, которая сейчас вот будет решаться здесь, она придёт... Да, можно ещё и увеличить, да, как-то. О! Так, сейчас, подождите. Да, вот. Главная разборочка, вот которая сейчас здесь, вот она. Вот когда вот это сомкнётся и здесь всё будет зачищено, то общие потери украинской армии, ну реально, уже подойдут к порядку 80-90 тысяч человек. Сейчас даже по самым скромным подсчетам Мы дали санитарные потери и такие, там, 30 тысяч. Я думаю, что здесь общие потери будут тогда, если брать вместе с ранеными, глубоко за 100 тысяч. И это будет страшный удар, особенно, когда эти данные появятся. После этого, судя по всему, ну, опять-таки, я не стратег, это мои дилетантские рассуждения. Мы, конечно, просто пойдем уже совсем другой скоростью. с разных направлений, при том, что, напомню, против группировки там тысяч в 300-400 мы расправляемся численностью существенно меньше. Существенно меньше. Так что Киев, никто не отказался от идеи брать Киев. Вопрос на какой стадии и как. Может быть, Киев надо брать, когда вот уже вот это все, когда вот это все. Борисполь, Черкассы, вот это всё. Ну и вот эта часть тоже будет другого цвета. Тогда уже будет разговор и с Киевом совсем иной. А возникнет другой вопрос. Вот всё, что будет красным, мы восстановим, накормим, создадим индустрию, вернём человеческий облик. А вот то, что будет по-прежнему нацистское, если оно будет Мы вообще хотим их брать? Ну, чтобы наказать одними, а вот так. Вот они промытыми мозгами, они нас ненавидят. Мы уничтожим им всю инфраструктуру. Всю военную инфраструктуру. У них не будет никакой армии. А восстанавливать им всё? Или отдать их в Европейский союз, чтобы они насладились убийцами, вооружёнными до зубов ими же, которые ничего другого, кроме как грабить и убивать, не умеют. В Евросоюз не хотите? И попытайтесь восстановить..."